Ниндзюцу

Ниндзюцу — это комплексное искусство стратегического шпионажа, тактической разведки и диверсионно-террористических методов, возникшее в средневековой Японии. Согласно исследованиям японских историков, традиции ниндзюцу зародились уже в X веке. Как особое искусство, ниндзюцу сформировалось к концу XV века. А своего расцвета оно достигло в середине XVI века.

Наследники традиций ниндзюцу прилагали немалые усилия к их сохранению и систематизации. По примеру других воинских искусств они создали ряд школ, наиболее влиятельными среди которых были Ига-рю, Кога-рю, Кисю-рю, Коё-рю, Кусу-ноки-рю, Ёсицунэ-рю (всего известно около 100 школ). Учения этих школ фиксировались в письменных наставлениях, из которых до настоящего времени дошли свыше пятидесяти. Наиболее содержательными и объемными являются такие памятники, как «Секретное наставление по ниндзюцу», 1655 г., «Десять тысяч рек собираются в море» (Бансэнсюкай), 1676 г. и «Книга об истинном ниндзюцу» (Сёнинки), 1681 г.

Автор «Бансэнсюкай», знаменитой «энциклопедии» ниндзюцу XVII века, ниндзя из провинции Ига по имени Фудзибаяси Ясутакэ, разделял это искусство на две основные части: Ёниц (Светлое) и Иннин (Темное). Ёнин — это раздел стратегии и тактики. Сюда входили методы организации шпионских сетей, анализа полученной информации, разработки долгосрочных стратегических планов на основе учета разнообразных факторов, прогнозирование ситуации.

Иннин имел дело с конкрентыми приемами добывания секретной информации. В него входили способы проникновения на вражескую территорию с использованием «легенды», различные уловки для обмана бдительности стражи, приемы подслушивания и подсматривания, приемы ускользания от погони и многое другое.

Кроме того, подготовка ниндзя включала усвоение многочисленных вспомогательных умений и навыков. Например, хэнсо-дзюцу (методы переодевания), мономанэ-дзюцу (искусство подражания голосам и звукам), суйэй-дзюцу (плавание), хаятакэно-дзюцу (марафонский бег) и т.п. Ниндзя широко использовали различные специальные инструменты: приспособления для подъема на стены, разнообразные плавсредства, отмычки и т.п.

Несколько особняком стоит применение зажигательных смесей, взрывчатки и огнестрельного оружия (ка-дзюцу).

Таким образом, обучение ниндзя включало:

1) физический тренинг (различные виды ходьбы, бега, прыжков, переползания, лазания, плавания, верховой езды);

2) психофизический тренинг (регулирование дыхания; развитие остроты слуха, вкуса, осязания, обоняния, зрения, умения видеть в темноте, переносить голод, жажду, переедание и т.п.);

3) изучение тактики и стратегии специальных операций, методов агентурной работы;

4) изучение различных специальных дисциплин (подделка документов, изготовление специальных средств, ядов, тайное проникновение в крепости и жилища, актерское мастерство, маскировка, гипноз и т.д.);

5) специальную боевую подготовку (приемы боя с различными видами оружия и без него).

Кто такие ниндзя

Термин «ниндзя» записывается двумя иероглифами: «нин» (в другом прочтении «синобу») — 1) выносить, терпеть, сносить; 2) скрываться, прятаться, делать что-либо тайком; и «дзя» (в другом прочтении «моно») — человек. Существительное «синоби», образованное от глагола «синобу», означает: 1) тайное проникновение; 2) соглядатай, лазутчик, шпион; 3) кража.

Слово «ниндзя» вошло в употребление лишь в XX веке. Раньше его эквивалентом было иное прочтение тех же иероглифов — «синоби-но моно» (буквально «скрывающийся человек», «проникающий тайно человек»). Так в Японии, начиная с XIV века, называли лазутчиков. Широко употреблялись производные от «синоби» слова: «синобиёру» — подкрадываться; «синобииру» — тайно проникать куда-либо; «синобисугата-дэ» — переодевшись, инкогнито, под чужим именем; «синоби-аруку» — ходить крадучись; «синобиаси-дэ» — на цыпочках, тихонько, и другие из того же ряда.

Первые сведения о существовании специальных разведывательных органов в японских феодальных армиях относятся к периоду войны Гэмпэй (1180—1185). Только в XIV веке полководец Кусуноки Масасигэ впервые стал широко использовать шпионов, которых засылал в тыл врагу для постоянного сбора информации в масштабе целого региона.

К концу XVI века японские феодальные армии имели четко организованную систему войсковой разведки. Поскольку ее основным методом является наблюдение, этих разведчиков так и называли «наблюдателями» (мономи). По функциям различались «ближние наблюдатели» (тика-мономи), располагавшиеся на переднем крае своих войск; «дальние наблюдатели» (тоо-мономи), высылавшиеся поближе к переднему краю противника; «невидимые наблюдатели» (синоби-мономи), действовавшие во вражеском ближнем тылу. Кроме того, существовали «легконогие наблюдатели» (асигару-мономи), занимавшиеся разведкой местности впереди колонн своих войск и «выбрасываемые пригибающиеся» (сутэ-камари), назначение которых состояло в уничтожении из засады командного состава противника.

Однако для сбора информации и специальных операций в глубоком тылу противника военачальники и феодалы средневековой Японии предпочитали обращаться к людям «со стороны». Начало такой практике положил в XIV веке полководец Кусуноки Масасигэ. Первоначально в качестве разведчиков и шпионов использовались странствующие монахи, аскеты-ямабуси и разбойники, хорошо знакомые с местностью либо техникой воровского дела. Позже, когда руководители разведорганов, помимо сбора информации, стали заниматься также организацией диверсий и тайных убийств, осуществлять захват ключевых укреплений противника, компрометацию его лидеров и т.д., возникла потребность в профессиональных специалистах.

Главными их поставщиками для враждующих феодалов всей Японии стали несколько десятков кланов так называемых дзи-самураев (или госи) из провинций Ига и Кии и уезда Кога провинции Оми, широко использовавшие в междоусобных стычках методы тайной войны. В книге XVIII века «Букэ Мёмокусё» (Обозрение самурайских родов) сказано: «В Кога и Ига было много дзи-самураев. После периода Онин (1467—1477 гг.) эти дзи-самураи объединились в многочисленные группировки, и развили могучее военное искусство, не признававшее никаких законов и правил, кроме одного — использовать все возможности, чтобы победить».

Надо пояснить в этой связи, что дзи-самураи — это мелкие феодалы, имеющие земельные угодья («дзи» по-японски значит «земля»). Японские историки установили, что ниндзя (или синоби) Ига и Кога вышли из слоя госи — мелких военных феодалов, имевших свои поместья и не подчинявшихся удельным князьям (даймё). В отличие от них, обычные самураи как правило не имели земли и служили за паёк рисом.

Постепенно шпионаж, убийства и диверсии стали основным наследственным занятием многих здешних семей, что способствовало формированию изощренных методов подготовки профессионалов тайной войны. Постоянные занятия шпионажем на протяжении нескольких столетий, в сочетании с мощным влиянием мистического учения Сюгэндо (Путь обретения сверх-могущества) и эзотерического буддизма Сингон породили феномен уникальной культуры горцев Судзука (провинция Ига и район Кога полностью окружены горными хребтами Судзука и Касаги, которые, по сути дела, изолировали их от остальной территории страны). Влияние этой культуры на ниндзюцу было столь велико, что большинство современных историков считает истинным ниндзюцу единство трех аспектов: искусства шпионажа, диверсий, террора; особого мировоззрения; различных эзотерических практик мистического характера.

К середине XVI века в Ига и Кога сложились несколько крупных организаций ниндзя, включавших сотни профессионалов и располагавших осведомителями в различных районах страны. Наиболее мощными были 3 группы ниндзя из Ига во главе с Фудзибаяси Нагатоно ками, Момоти Сандаю и Хаттори Хандзо Ясунага (кланы Фудзибаяси, Момоти и Хаттори).

В 1581 г. Ода Нобунага напал на провинцию Ига и разгромил коалицию местных дзи-самураев, после чего большинство ниндзя бежали в соседние провинции. Так на службе во многих княжествах появились группы ниндзя, обученных в традициях ниндзюцу Ига и Кога. Среди них получили известность семья Фума во главе с Фума Котаро, состоявшая на службе у Ходзё Удзиясу; группа Тода Годзаэмон на службе у Такэда Сингэн; группа Уэсуги Кэнсин; братья Сада на службе у дома Мори; группа Абэ Дзиродзаэмон на службе дома Мураками и другие. Особенно широко использовал ниндзя сёгун Токугава Иэясу.

В то же время техника шпионажа входила отдельным разделом в программу обучения таких типично «самурайских» школ бу-дзюцу, как Айсу Кагэ-рю, Катори Синто-рю, Камиидзуми-рю, Итидэн-рю, Курама Ёсин-рю и других, не имевших никакого отношения к пресловутым кланам ниндзя.

Однако с прекращением феодальных войн в начале XVII века потребность в сильной разведке отпала. Некоторые ниндзя поступили на службу в правительственный аппарат в качестве тайных агентов, но большинству пришлось искать новые источники пропитания либо заниматься разбоем. Число специалистов в области ниндзюцу стало быстро сокращаться.

К концу XVIII века большинство семей потомственных ниндзя оказалось в нищете и полностью утратило профессиональные навыки. Некоторые ниндзя зарабатывали на жизнь демонстрацией своих навыков на театральных сценах и банкетах знати. Высокий уровень подготовленности сохраняли только агенты секретной службы сёгуна. Тем не менее, отдельные семьи ниндзя смогли сохранить свои знания вплоть до XX века. Они использовались при подготовке японских разведчиков-диверсантов до периода Второй мировой войны.

Несмотря на то, что настоящие ниндзя постепенно исчезали, легенды об их подвигах и мастерстве продолжали жить. С конца XVII века ниндзя стали популярными персонажами книг жанра «ёмихон», в которых они изображались как злокозненные колдуны и разбойники. Развитие театральной техники позволило имитировать колдовство ниндзя, например, чудесное исчезновение в клубах дыма, на сцене. Появилось большое количество пьес театра Кабуки, пользовавшихся огромной популярностью, в которых фигурировали ниндзя-маги. В массовом сознании постепенно оформилось представление о ниндзя как разбойниках, общающихся с темными силами.

Новый всплеск интереса к ниндзя начался в начале XX века, когда издательство «Татикава бунко» выпустило целый ряд занимательных повестей о приключениях благородных ниндзя. С тех пор и до настоящего времени образы ниндзя остаются обязательным элементом исторических кинобоевиков, телесериалов, романов.

Ниндзямания

Причины широкого увлечения ниндзюцу на Западе трудно объяснить однозначно. Видимо, это результат сочетания целого ряда факторов. К их числу можно отнести всеобщий интерес к методам выживания в условиях дикой природы и в районах военных действий, массовое увлечение восточной мистикой и эзотерическими культами, а также неизменную притягательность всего экзотического и таинственного.

В Японии известны сейчас около двух десятков человек, претендующих на то, что они якобы являются хранителями традиций тех или иных школ ниндзюцу. На Западе получили известность только двое из них. Это Хацуми Масааки (1931 г.р.) и Танэмура Сёто (1947 г. р.). Первый из них создал международную организацию Бусинкан-ниндзюцу, второй — Гэнбукан-ниндзюцу.

«Мода» на ниндзя и все, что с ними связано, наиболее сильна в США. Дело там поставлено на солидную коммерческую основу: издается много книг и журналов, выпускаются художественные и учебные фильмы, организуются семинары и тренировочные лагеря, налажено производство оружия, униформы, снаряжения «как у ниндзя»... У истоков американской «ниндзя-мании» стоят два человека: Асида Ким (по происхождению, видимо, кореец) и Стефан Хайес (1949 г. р.), один из первых иностранных учеников Хацуми. Начиная с 1981 г., оба они выпускают одну книгу о ниндзюцу за другой, дают многочисленные интервью и проводят учебно-тренировочные сборы.

В качестве примера приведем содержание типичного 4-х дневного сбора А. Кима (американцы предпочитают термин «тренировочный лагерь», имея в виду палаточный городок где-нибудь на природе). Первый день — специальная физическая подготовка и ознакомление с методами выживания (сооружение укрытий, добывание огня, обеспечение водой и пищей, преодоление естественных препятствий и т.д.). Второй день — техника камуфляжа, маскировки и рукопашного боя; третий день — «занятия на местности», то есть что-то вроде тактических учений курсантов, разделенных на две команды условных «противников». Четвертый день — изложение основ философии ниндзюцу, методов медитации, дыхания, сплетений пальцев, разучивание мантр и... фотографирование вместе с учителем на память.

 

 

Авторы: А. Горбылёв, А. Тарас